Суббота, 18 ноября 2017  

Современные деятели культуры Причудья. Мария Трифоновна Фирсова

УРОКИ СТАРОСЛАВЯНСКОГО
Мария Трифоновна Фирсова (Гринкина) родилась в старообрядческой семье 7 апреля 1932 года в городе Муствеэ. Ее матушка (такое обращение к родителям – матушка и батюшка – было принято в семьях того времени) Антонина Никифоровна Гринкина (в девичестве Ратман) родом из Красных Гор (Калласте), где её предки поселились приблизительно в 17-м веке. Мужчины семьи Ратман были знаменитыми сапожниками, шившими сапоги для рыбаков. Предки Марии Трифоновны по отцовской линии — Гринкины – из Муствеэ, строители, рыбаки.
С 1940 по 1951 г. Мария была ученицей Муствеэской 2-й средней школы. С 1951 по 1953 годы училась в Таллиннском учительском институте на отделении русского языка и литературы для эстонских школ. После учительского института была направлена в среднюю школу города Тюри, где работала до 1954 года. В том же 1954 году поступила на работу в семилетнюю школу в Лехтсе.
С 1957 по 1999 год работала преподавателем русского языка и литературы в Муствеэской 2-й средней школе. В 1969 году поступила в Таллиннский педагогический институт им. Э. Вильде на отделение педагогики и методики начального обучения. В 1971 году перешла (а точнее поступила заново) на первый курс того же вуза, но уже по специальности «русский язык и литература для русских школ». Этому предмету Мария Трифоновна посвятила всю свою жизнь, обучая грамоте и русской культуре причудских детей.
Мария Трифоновна всегда совмещала учёбу, преподавание и общественную работу: 15 лет она возглавляла Комитет Общества Красного Креста (КОКК), редактировала стенгазету «Санитар», которая на всесоюзном конкурсе заняла 1-е место; руководила школьным движением доноров крови. А в свободное время пела в женском ансамбле при Муствеэском городском доме культуры, занималась в драмкружке и сама не раз была в роли режиссера и сценариста, поставила с учениками множество инсценировок, таких, как «Хатынь», «Хлеб – всему голова», «Приём первых гимназистов 1993 года».
Все свои долгие годы учительства Мария Трифоновна Фирсова была в гуще культурной и общественной жизни школы и города: то на сцене, то за кулисами, помогая ученикам. И только на праздновании 150-летия Муствеэской 2-средней школы она впервые отдыхала в роли … зрителя. Слова благодарности ей и ее коллегам звучали от ее учеников, выпускников разных лет.
Особое место в сердце Марии Трифоновны Фирсовой занимает ее детище – Субботняя гимназия, существовавшая в Муствеэской русской школе с 1993 по 1999 годы и затем ставшая частью учебной программы. Тематика уроков о духовности и вере обрела свое новое звучание в ее сегодняшнем – скромном и неприметном со стороны педагогическом сподвижничестве – сохранении старообрядчества, обучению клирошанок Муствеэского храма. Её заботливыми руками собраны ценнейшие фото- и текстовые материалы по истории староверия в Муствеэ, воспоминания очевидцев, рассказы прихожан…
Вот так, коротко, в сжатой форме можно представить жизнь одного из самых активных и деятельных людей, Почётного гражданина города Муствеэ — Марии Трифоновны Фирсовой. Однако за этими сухими строчками — большая, трудная жизнь, воспоминания, думы о прошлом и о будущем. Мне, как одному из бывших учеников Марии Трифоновны, посчастливилось не только получить от неё творческий запал в школьные годы, но и, спустя много лет, снова оказаться её учеником на уроках старославянского, церковнославянского языка.
У любого явления, как и у широкой реки, есть свои истоки. У каждого рода есть свои корни, уходящие в глубь истории. Мария Трифоновна за долгие годы собрала материалы о многих своих родственниках в альбомах. Открывая её заветные тетради, читая письма и глядя на фотографии, ты словно погружаешься в поразительную картину живой истории, недавнего, казалось бы, прошлого.
Отсчет рода Гринкиных (по линии отца) она проследила от рождения деда – Афанасия Васильевича Гринкина (1862-1934 г.), который был женат на Феодосии Абрамовне Улексиной. Сохранилась фотография, где дед стоит в группе солдат – участников Русско-Японской войны (1904-1905 г.). После окончания войны царское правительство не только награждало своих солдат железными крестами, но и наделяло земельными участками и лесными угодьями, что было немаловажно для содержания семей. Вот такой надел и получил Афанасий Гринкин где-то в районе известной в Муствеэ Каменной горы – участок в глухом лесу, поросшем кустарником и обильно усыпанном гранитными валунами – ровесниками ледникового периода… Мария Трифоновна с восхищением рассказывает об этом прежде всего потому, что её дед буквально своими руками выкорчевал все кусты, расчистил покос, из брёвен построил пуню (избушку для сена), а все камни перенёс на берег озера, на Псковскую улицу, где тогда был дедовский дом. Камни много лет служили защитой от весеннего льда, а образ деда-богарыря всегда стоял перед Марией: упорство и труд всё перетрут – стало её принципом.
У деда было шесть детей, и младшего, Трифона, всю жизнь звали «японцем». Мария долго не понимала, почему её отца все называли «японцем». Потом узнала, что отец её родился после возвращения деда с японской войны и был послевоенным первенцем, «японцем».
Дедовский дом на берегу Чудского озера Мария Трифоновна помнит в малейших деталях: добротная русская печка, просторная кухня и «светлая» комната, куда попадали лучи дневного и закатного солнца. Там, в светлой комнате, в двух углах сияли в киотах светлые лики Казанской Божьей Матери и Николая Чудотворца. А между ними, в простенке, висели два больших ярких портрета Императора Николая II и Императрицы Александры Фёдоровны. Когда в их доме были расквартированы русские солдаты, они были под впечатлением от картин и приводили других посмотреть на изображения мученически погибшей царской четы.
Дом был поделен на две части между семьями братьев, а русская печка была одна. Над печкой в стене было сделано специальное отверстие, через которое общались дети, а женщины обменивались угощениями. «Щи варит тётя Ганя — подаёт нам через это окошко, у нас пироги – передаём туда», – вспоминает Мария Трифоновна. Так мирно жили две семьи того времени. Двоюродные сёстры дружили потом всю жизнь, где бы кто ни был… «Дед умел делать все, – говорит Мария Трифоновна. – Зимой на лошади увозил луб на озеро и там оставался ловить рыбу. Весной и летом перепродавал посуду, хорошую, бьющуюся, не ту что сейчас из пластмассы делают. – Торговали на Ладоге. Там был даже свой торговый представитель от семьи. Торговали поросятами. В то время это было доходным делом, и занимались этим трудолюбивые люди, которые вели хозяйства».
Дедовский дом сгорел во время Второй мировой войны вместе с половиной Псковской улицы при налёте немецкого бомбардировщика. Эта картина тоже навсегда врезалась, словно осколок той бомбы, в память Марии: жаркий летний день, безветрие и черно-красные столбы огня с воем поднимаются в небо, скручиваясь в адскую искрящуюся спираль. От их родового дома удалось спасти лишь две фроловские иконы да мешок сухарей…

Ярким впечатлением из детства Марии всплывает образ первой учительницы – Титовой Елизаветы Максимовны. Она была доброй матушкой детям, с улыбкой и лаской подходила ко всем. Вот они на фотоснимке, все её одноклассники: Улексин Ваня, Неверовский, Евдокимов, Топкин, Лёша Гринкин, Олег Колпаков, Вася Ершов, Олег Бородин, Олег Горушкин, Павла Мигачёва, Трофим Каношин, Кутузов, Валя Пучкова, Соколова, Колпакова Нюша, Катя Пушкина, Елена Болтова — вместе учились во вторую смену со 2 по 4 класс, многие доучились до 11 класса. С каждым из них связана какая-нибудь школьная история. Например, её школьная подруга Елена Болтова осталась без родителей – в их дом попала бомба.
Мария Трифоновна, став педагогом, много лет преподавала русский язык эстонским детям, литературу и русский язык в русской школе, основы духовной культуры в Субботней гимназии. Когда-то она мечтала окружить себя спокойствием и заниматься с малыми детками. Но спокойствия не получилось, и расслабляться было некогда. Она поняла, что сидеть и плавно двигать рукой у неё не получится, характер не тот, нрав не тот, энергии было много. Методика у нее была общая для всех: тщательная подготовка к каждому уроку, каждая тема должна дойти до каждого ученика. Из года в год десятилетиями было требование к себе самой: готовиться самой и готовить детей. Причем в ее характере – чтобы все было безупречно и на высоком уровне. И еще: записывала все правила, как для себя – схемы, стрелки. Настолько ясной была её наука, что эти схемы легко и надолго запоминались.
Я увидел знакомые учительские «шпаргалки» – стрелки, сноски, выделения шрифтами, сделанные от руки, – когда стал ходить к ней на занятия по изучению церковнославянской грамоты. Нехитрые, но точные указатели, выделенные красным и синим. Благодаря этим схемам, легко усваивался материал, как когда-то в школе: аз, буки, веди, глагол…
К сожалению, учиться старославянскому, церковному языку сейчас всё меньше желающих. Понятно, что любое знание даётся нелегко, и не всем по силам постичь тонкости и правила языка, что родного, что иностранного и уж тем более старого, славянского. Но во все времена учились. Почему же сейчас такая апатия у молодых людей к тому, что составляет основу жизни — родному языку, почему отдаётся предпочтение иным языкам? Безграмотность в век прогресса выглядит порой дико: молодые люди общаются между собой с помощью рожиц-«смайликов», коверкают речь сокращениями и выдуманными словами-неологизмами или изъясняются на жаргоне. Так легче, не надо напрягаться, учить правила языка, обороты речи, исключения, произношение. Интернет и телефоны выхолостили души молодых людей, не оставив в них места вере в Бога. Сейчас можно только удивляться, как наши предки овладевали столь сложной наукой унисонного пения по крюкам, читали книги на старославянском языке, произнося каждую букву чисто, так, как и положено ей произноситься.
Мария Трифоновна остро воспринимает тот факт, что учиться церковнославянскому языку, без которого не сотворишь молитву в староверческой церкви, люди не хотят. Она переживает за то, что через несколько лет не останется в общине людей грамотных, способных кого-то обучить чтению и пению. Сложность старославянского языка – это не объяснение. Причина церковной безграмотности и отхода староверов от веры своих предков кроется в прежде всего в самих людях, живущих в нынешнем обществе. Парадоксально то, что в наше время, когда нет запретов на религию, когда староверов поддерживают едва ли не на государственном уровне, у людей окончательно пропадает охота идти в церковь и уж тем более учиться.
- Церковной грамоте молодых не учат, а пожилым это уже не постижимо, – говорит Мария Трифоновна. – Эта грамота и при советской власти не преподавалась. Но мама меня еще в детстве научила: «Начал» читать, «Отче наш» наизусть. И этого уже у меня никто не мог отнять. Шла я с молитвой через все трудные этапы жизни…
Мария Трифоновна подготовила семь новых клирошанок. Не много. Но и эта малая толика спасает общину от угасания. Скромными стараниями бывших наставников в храме есть, кому читать, петь. Но без обучения молодых и взрослых староверов всё может прийти в упадок. Мария Трифоновна напомнила, что учёба продолжалась даже в тяжелые годы войны и в другие сложные периоды истории. А сейчас всё больше разговоров о культуре староверов. А в чем она? Не в придуманных же кем-то «сказках». Самое ценное в живой староверческой культуре – это чтение и пение — древнее, красивое, грамотное, доносящее молитву от сердец человеческих до Бога.
Старославянский когда-то был языком основным, разговорным. Сейчас он сохранился лишь в книгах, в которых мало кто здесь что-то понимает. Не удивительно: сами русские в своей нынешней речи уже путаются, слова свои забывают…
И вспоминается тёмный лес на Каменной горке, усыпанный камнями, поросший кустарником, и дед Афанасий, таскающий камни. Точно так же, наверное, кому-то суждено выкорчевывать церковную безграмотность причудских староверов, сеять семена духовные и заново учить детей и взрослых языку своих предков.

Фёдор Маспанов
На снимках:
М. Т. Фирсова с учениками в Муствеэском старообрядческом храме.
Фото автора
Источник Газета «Peipsirannik/Чудское побережье» N11/2016

 

Добавить комментарий

Вы должны быть зарегистрированы , чтобы оставлять комментарии.

Иванна. Гадание

Решаю проблемы семьи, брака

привороты, остуда.

Улучшаю рост материального

благосостояния.

Избавляю от алкогольной

зависимости.

Снимаю порчу.

Ставлю защиту.

Тел. 55 95 14 59

 

Объявления

 

 

РЫБАЛКА
НА ЧУДСКОМ
ОЗЕРЕ
(Эстония)

Рыбалка как лучший
вид отдыха для всей семьи,
в любое время года:
лодки, баня, коптильня, гриль,
удобный ночлег.

Заявки принимаем по
электронной почте
peipus@rambler.ru
или по телефону

(+372) 5347 2127